К.М.
На заднем плане - галактики. Звучит вальс. На переднем - Солнечная Система. Всё кружится, движется, стремится к равновесию, но никогда его не достигает (закон жанра).
Рано или поздно среди действующих лиц возникает треугольник (всё как в жизни), в музыке появляются драматические нотки, действующие лица, не участвующие в треугольнике, подаются в стороны - и вот перед нами классический прямоугольный треугольник. Драма нарастает. Как быть? Что делать? И вдруг снова меняется музыка. Под нежные греческие лады появляется Пифагор с учениками (и ученицами).
Дальше - массовая хореография: треугольник пытаются разбить, разбивают на два (всеобщее ликование!), ученицы вытягивают шёлковые шарфики, как стороны треугольников, потом, символизируя возведение в квадрат, увеличивают их длину - и треугольники исчезают, становясь прямыми линиями...
Всеобщее смятение, непонимание, паника - и тут - феерическая лезгинка, под которую на сцене стремительно появляются джигиты-арифметические корни. Ученицы Пифагора очарованы. Шарфики ловко извлекаются из прелестных ручек, и треугольники снова обретают прежний вид. Пифагор загадочно улыбается...
Мелодия становится нежнее... Под аккомпанемент арабских флейт появляются синусы и косинусы. Треугольники начинают видоизменяться, перекатываться с грани на грань. Длинные шарфы становятся волнующимися синусоидами, потом окружностями, затем снова возникают треугольники и все присутствующие с чувством глубокого благоговения лицезреют этот абсолютный триумф науки.
Фанфары, общий танец греческих красавиц и джигитов, Пифагор благословляет всех и удаляется, за ним постепенно в разные стороны сцены уходят танцующие пары. Снова звучит венский вальс. Галактики плавно кружатся под спадающий занавес.

-А у меня в саду петунии цветут!
-Петунии?
-Да...
-Красивые, наверное...
-Красивые. Белые, красные, розовые, сиреневые, голубые... Простые, махровые, кустами... Пчёлы, бабочки, аромат стоит!
-А сад-то у тебя где?
-Да нету у меня сада...
-А где же цветут твои петунии?
-В саду. В моём саду.
-Так ведь нет у тебя сада!
-А они всё равно цветут. Они-то не знают...

         Пышные пальмы перешёптывались под знойным солнцем на берегу океана. Было самое начало осени, но здесь, как и во всех приморских местах, осень наступала, чуть дыша, совсем незаметно, будто босая девушка, боящаяся даже легкого шороха гальки под ногами. Было жарко, но время катилось к вечеру, и жара постепенно спадала…

         Океан качался в лучах уходящего солнца и мурлыкал себе под нос свою вечную, размеренную песню.
На берегу океана, поджав крохотные лапки, сидела маленькая обезьянка. Она смотрела в океанскую даль, и в её глазах вспыхивали то грусть, то удивление, то бесконечная нежность.
Какая-то странная, немыслимая, нелогичная картина: обезьянка на берегу океана…Читать далее